Свитки Мертвого моря

Бедуины не поня­ли их цен­но­сти. Для них это были стран­ные ста­рые кожи с непо­нят­ны­ми пись­ме­на­ми. Часть свит­ков они повре­ди­ли. Некоторые кус­ки реза­ли на рем­ни. Что-то пыта­лись про­дать как антиквариат.

Дальше начи­на­ет­ся почти детектив.

Свитки через посред­ни­ков попа­ли к тор­гов­цам древ­но­стя­ми в Bethlehem.
Там ими заин­те­ре­со­вал­ся сирий­ский мит­ро­по­лит Mar Athanasius Yeshue Samuel из мона­сты­ря Святого Марка в Иерусалиме. Одновременно часть руко­пи­сей при­об­рёл еврей­ский архео­лог Eleazar Sukenik.

И вот тут начи­на­ет­ся почти сим­во­ли­че­ская сце­на. Сукеник изу­чал тек­сты в нояб­ре 1947 года — бук­валь­но в те дни, когда United Nations обсуж­да­ла раз­дел Палестины. Позже он писал, что ощу­щал стран­ное чув­ство: «буд­то в момент рож­де­ния ново­го еврей­ско­го госу­дар­ства из пусты­ни воз­вра­ща­ют­ся голо­са вре­мён Второго Храма.»

Когда учё­ные поня­ли, что перед ними:

* древ­ней­шие извест­ные биб­лей­ские тексты,

* ком­мен­та­рии,

* апо­ка­лип­ти­че­ские сочинения,

* уста­вы рели­ги­оз­ной общины,

* гим­ны,

это ста­ло одной из круп­ней­ших архео­ло­ги­че­ских сен­са­ций XX века.

Позднее вокруг Кумрана нашли ещё пеще­ры. Всего — один­на­дцать. Были обна­ру­же­ны десят­ки тысяч фраг­мен­тов при­мер­но от девя­ти­сот рукописей.

А даль­ше нача­лась уже дру­гая история:

* спо­ры, кто такие кумраниты,

* были ли это ессеи,

* как тек­сты свя­за­ны с ран­ним христианством,

* поче­му пуб­ли­ка­ция свит­ков деся­ти­ле­ти­я­ми задерживалась,

* и поче­му вокруг них воз­ник­ло столь­ко конспирологии.

Но сама сце­на с беду­и­ном, кам­нем и зво­ном раз­бив­ше­го­ся сосу­да ста­ла почти архео­ло­ги­че­ским мифом XX в.