‘Шинель’ — коллекция Цетлиных

ШИНЕЛЬ

Коллекция Цетлиных, пода­рен­ная горо­ду Рамат-Гану Марией Цетлиной в 1959 году, вклю­ча­ет про­из­ве­де­ния выда­ю­щих­ся худож­ни­ков, рабо­тав­ших в России и Франции в нача­ле XX века. Коллекция скла­ды­ва­лась в золо­тую эпо­ху сце­ни­че­ско­го искус­ства, одним из цен­тров кото­рой была дея­тель­ность «Русских бале­тов» под руко­вод­ством Сергея Дягилева. Многие худож­ни­ки, пред­став­лен­ные на выстав­ке, сотруд­ни­ча­ли с Дягилевым и дру­ги­ми дея­те­ля­ми тан­ца и теат­ра, созда­вая деко­ра­ции и костю­мы для раз­лич­ных поста­но­вок. Выполненные ими эски­зы костю­мов соби­ра­ли Мария и Михаил Цетлины; со вре­ме­нем эта часть собра­ния ста­ла одной из цен­траль­ных и наи­бо­лее харак­тер­ных его составляющих.

Название выстав­ки отсы­ла­ет к пове­сти Николая Гоголя, в кото­рой новая зим­няя шинель меня­ет жизнь Акакия Акакиевича, при­но­ся ему обще­ствен­ное при­зна­ние и ува­же­ние. Однако после того, как шинель жесто­ко отни­ма­ют у героя, его жизнь обры­ва­ет­ся. В пове­сти одеж­да пред­ста­ёт не про­сто пред­ме­том гар­де­роба, а маги­че­ским объ­ек­том — покро­вом, убе­жи­щем и сим­во­лом соци­аль­но­го поло­же­ния, спо­соб­ным пре­об­ра­зить жизнь чело­ве­ка, кото­рый её носит. 

В рисун­ках, создан­ных выда­ю­щи­ми­ся худож­ни­ка­ми России и Франции нача­ла XX века, костюм ста­но­вит­ся клю­че­вым эле­мен­том, опре­де­ля­ю­щим образ пер­со­на­жа и худо­же­ствен­ное реше­ние спек­так­ля в целом. На выстав­ке пред­став­ле­ны эски­зы Наталии Гончаровой к балет­ным и теат­раль­ным поста­нов­кам, рабо­ты Леона Бакста и дру­гих худож­ни­ков. Наряду с ними экс­по­ни­ру­ют­ся про­из­ве­де­ния, кото­рые не созда­ва­лись как эски­зы костю­мов, а изоб­ра­жа­ют обыч­ных жен­щин в тра­ди­ци­он­ной одеж­де сель­ских обла­стей России.

Все эти рабо­ты при­над­ле­жат худо­же­ствен­ной куль­ту­ре, в кото­рой изоб­ра­зи­тель­ное и сце­ни­че­ское искус­ства вос­при­ни­ма­лись как нераз­рыв­но свя­зан­ные. Такой целост­ный взгляд, харак­тер­ный для нача­ла XX века, лежит и в осно­ве нынеш­ней выстав­ки, рав­но как и пред­став­ле­ние о том, что одеж­да и тка­ни спо­соб­ны рас­ска­зы­вать более широ­кую куль­тур­ную и исто­ри­че­скую исто­рию. Иногда костю­мы откры­ва­ют окно в увле­ка­тель­ный мир опер­ных и теат­раль­ных сюже­тов, ста­но­вясь клю­чом к пони­ма­нию куль­ту­ры и эпохи.