‘Вокруг меня’ Фатимы Абу Руми

«Красота не при­но­сит оче­вид­ной прак­ти­че­ской поль­зы, и столь же труд­но обна­ру­жить какую-либо явную куль­тур­ную необ­хо­ди­мость в ней. И всё же циви­ли­за­ция не мог­ла бы без неё существовать».

З. Фрейд

Красота — это пер­вое, что пора­жа­ет зри­те­ля в рабо­тах пале­стин­ской худож­ни­цы Фатимы Абу Руми. Ковры, орна­мен­ты, без­упреч­но выпи­сан­ные тка­ни — необык­но­вен­но деко­ра­тив­ные, почти соблаз­ни­тель­ные. Художница с пре­дель­ной точ­но­стью вос­про­из­во­дит дета­ли, но отка­зы­ва­ет­ся под­чи­нять­ся иллю­зии про­стран­ствен­ной глу­би­ны. Изображение слов­но рас­пла­сты­ва­ет­ся по поверх­но­сти хол­ста, напо­ми­ная тра­ди­цию ислам­ской мини­а­тю­ры. Здесь встре­ча­ют­ся Запад и Восток, клас­си­че­ская мифо­ло­гия и инте­рьер мусуль­ман­ско­го араб­ско­го дома.

Через кра­со­ту худож­ни­ца гово­рит о жен­щине, семье, доме, тра­ди­ции, памя­ти, сво­бо­де и гра­ни­цах, кото­рые окру­жа­ют чело­ве­ка. Ковёр на её кар­ти­нах — не про­сто пред­мет инте­рье­ра, а дей­ству­ю­щее лицо. Его мож­но рас­сте­лить и уют­но устро­ить­ся на нём, мож­но свер­нуть и нести, а мож­но ока­зать­ся почти погре­бён­ной сре­ди его рулонов…
Ковёр — наслед­ство и ноша одно­вре­мен­но. Невозможность отде­лить кра­со­ту тра­ди­ции от её тяже­сти — один из самых силь­ных нер­вов её работ.

Абу Руми часто пока­зы­ва­ет жен­скую фигу­ру со спи­ны, лишая её лица и тем самым — инди­ви­ду­аль­ной порт­рет­но­сти. Автобиографический образ ста­но­вит­ся уни­вер­саль­ным: это уже не толь­ко сама худож­ни­ца, но жен­щи­на вооб­ще, суще­ству­ю­щая внут­ри про­стран­ства дома, тра­ди­ции и куль­тур­ной памя­ти. «Я вижу в ней образ каж­дой жен­щи­ны в мире», — гово­рит художница.

Привычные обра­зы у Абу Руми вооб­ще неред­ко утра­чи­ва­ют при­выч­ный смысл. Так и голу­би — тра­ди­ци­он­ный сим­вол мира — теря­ют свою без­мя­теж­ность: «летят без направ­ле­ния, стал­ки­ва­ют­ся, слов­но ищут выход из про­стран­ства, из кото­ро­го нет выхода».

Разные оттен­ки крас­но­го про­хо­дят через мно­гие про­из­ве­де­ния Абу Руми. Для худож­ни­цы крас­ный нахо­дит­ся меж­ду дву­мя пре­дель­ны­ми состо­я­ни­я­ми: любо­вью, с одной сто­ро­ны, и болью — с дру­гой. Вся её живо­пись суще­ству­ет в напря­же­нии меж­ду кра­со­той и скор­бью, насла­жде­ни­ем и стра­да­ни­ем, эро­сом и смертью.

Красота в её рабо­тах не отме­ня­ет боль, но ста­но­вит­ся спо­со­бом её выдер­жать и пре­об­ра­зо­вать в искусство.